В тот мир, где нет ни молодых, ни старых,
душа войдет не поздно и не рано,
свеча догаснет, допоёт огарок,
допляшет пламя…

О, сколько те́ней вьётся в этой пляске,
ноче́й, приговорённых вечно длиться…
а время, как факир, сжигает маски
и ле́пит лица…

И наступают сумерки прозрений,
и молния пронзает цель, не целясь,
а за окном безумие сирени
и моря шелест…

А море шелестит, что жизнь сложилась,
как речь, из откровений и ошибок,
и даже ложь, которая свершилась,
непогрешима.

А пламя плачет, пламя рвёт и ме́чет,
душа летит как пуля заказна́я,
а море дышит, море не пере́чит,
а море знает…